/* GoogleAds */

Главная

ПРОЕКТ "ЧЕЛОВЕК. ЗЕМЛЯ. ВСЕЛЕННАЯ"

Инструменты пользователя

Инструменты сайта


ship:katastr:k-141-kursk:o_xode_podgotovke_k_uchenijam



О ходе подготовке к учениям

В августе 2000 года соединения Северного флота в соответствии с годовым планом боевой подготовки должны были провести в Баренцевом море сбор-поход кораблей во главе с флагманом «Петром Великим». Вместо этого в период с 10 по 13 августа командование флота запланировало проведение «комплексной боевой подготовки».

Состав сил «комплексной боевой подготовки», количество и качество упражнений, сроки проведения показывают, что это мероприятие по всем параметрам соответствует полномасштабным учениям. Для проведения полномасштабных учений необходимо разработать целый пакет документов. План учений утверждает главком ВМФ. Следовательно, если бы это были учения, то все аспекты плана рассматривали и оценивали в Главном штабе ВМФ. Более того, в случае проведения учений службы и флагманские специалисты не только должны согласовывать разделы плана учений, но и вынуждены были проверить их исполнение, как при подготовке кораблей, так и находясь непосредственно в районе учений, обеспечивая в том числе и поисково-спасательную операцию.

При проведении «боевой комплексной подготовки» от главкома утверждения плана не требовалось, а поэтому ответственность за ее проведение целиком лежала на руководстве Северного флота.

При подготовке и проведении учений запрещены массовые отпуска в штабах, на кораблях, авиаподразделениях. При той форме боевой учебы, которую использовали в августе 2000 года, такого запрета нет, так как нет и такой формы обучения. Поэтому целый ряд руководителей, например, командир седьмой дивизии атомных подводных лодок, в состав которой входил АПЛ К-141 «Курск», контрадмирал Михаил Кузнецов и командующий флотилией вице-адмирал Олег Бурцев отдыхали, а это не могло не сказаться на качестве подготовки кораблей и экипажей, а также на обеспечении поисково-спасательной операции.

Согласно разработанному плану, подписанному начальником управления боевой подготовки СФ вице-адмиралом Юрием Бояркиным и утвержденному адмиралом Вячеславом Поповым, были задействованы 6 подводных лодок, 9 надводных кораблей, 9 вспомогательных судов, 22 самолета, 11 вертолетов, а также 10 сухопутных частей.

На первом этапе флот переводился с «мирного» на «военное время», производилось развертывание сил на предполагаемом театре военных действий. Второй предусматривал отработку боевых задач кораблями авианосной многоцелевой группы и разнородными силами флота по разгрому корабельных группировок противника. Было запланировано нанесение условного ядерного удара по определенной акватории.

Одновременно с этим проводились государственные испытания зенитно-ракетного комплекса «Петра Великого» и автоматизированной системы управления большим противолодочным кораблем «Адмирал Чабаненко».

Район учений

В материалах расследования есть заключение экспертов, которые утверждают, что руководство флота неправильно выбрало район проведения учений, в частности, указывают на мелководье. Действительно, средние глубины Баренцева моря в этом районе составляют 110 метров. Если условно поставить АПЛ К-141 «Курск» в месте катастрофы на попа, винтами на дно, то его нос будет возвышаться над водой метров на 40.

Очевидно, что для лодки подобных габаритов выбранный командованием район боевых действий мелковат. Инструкция по управлению атомной подводной лодкой гласит, что глубина под килем субмарины должна быть не менее 40 метров, а при скорости свыше 12 узлов1) - 100 метров и больше. В целом для нормального маневрирования глубина не должна быть меньше 220 метров.

В. Устинов в книге «Правда о Курске» пишет: «Полигоны, на которых было запланировано проведение учений, являлись штатными и отвечали мерам безопасности. Подводные лодки проекта 949А ранее неоднократно принимали участие в учениях на этих полигонах, в том числе и в районе боевых действий №1 (район учений), где в последующем погиб АПРК «Курск». Выбор района действия для АПРК «Курск» осуществлялся в строгом соответствии с базовыми документами. Каких-либо нарушений при выборе района действий АПРК «Курск» допущено не было».

Следователь Артур Егиев в постановлении о прекращении уголовного дела пишет: «Район действия АПРК «Курск» - РБД-1 по замыслу учения включал часть полигонов боевой подготовки СФ, не предназначенных для совместной отработки задач боевой подготовки атомными подводными лодками и противолодочными надводными кораблями».

Недостатки в организации учений

Все документы ВМФ требуют, чтобы подобные учения проводились при противодействии разнородных сил флота. Тем не менее надводные корабли, по которым должна была вестись стрельба, обладая самыми современными гидроакустическими средствами, почему-то не вели поиск подводных лодок. Не занимались этим и самолеты на дальних рубежах противолодочной обороны, и вертолеты на ближних рубежах, в чьи обязанности теоретически входило обеспечение противолодочной обороны ордера кораблей авианосной многоцелевой группы (АМГ). В противном случае пилоты противолодочной авиации могли бы обнаружить АПРК К-141 «Курск».

В тоже время командующий Северным флотом Вячеслав Попов заявил, что в районе учений свободно «разгуливают» три натовские подводные лодки.

Больше того, осуществляя слежение за подводной целью, могли бы, возможно, собственными глазами наблюдать столб воды, взметнувшийся после взрыва на десятки метров над поверхностью моря.

По этим же причинам гидроакустические службы больших противолодочных кораблей «Адмирал Харламов», «Адмирал Чабаненко» не зафиксировали взрыва в 11.30 12 августа.

Из более двух десятков российских кораблей, находящихся в Баренцевом море, взрыв на АПРК К-141 «Курск» реально запеленговала только гидроакустическая служба «Петра Великого».

Организация спасательных действий во время учений

Еще 26 июля 2000 года начальник Главного штаба ВМФ адмирал Виктор Кравченко, за две недели до начала учений, направил телеграмму на Северный Флот, где требовал: «…обеспечить дежурство спасательного судна с подводным аппаратом в составе спасательного отряда … при нахождении в море подводной лодки». Главный штаб ВМФ предлагал провести в августе 2000 года совместные учения «по оказанию помощи экипажу подводной лодки, лежащей на грунте, и аварийному высокобортному кораблю с массовым спасением личного состава с привлечением тяжелого атомного ракетного крейсера «Петр Великий». Выполнение распоряжения адмирала Виктора Кравченко автоматически предполагало нахождение в районе учений спасательных судов, дежурных барокамер.

Командование Северного Флота проигнорировало этот приказ. Учения по спасению не были запланированы и в ходе боевых учений в море не было ни одного спасательного судна, имеющего глубоководный комплекс.

В августе 2000 года на Северном флоте в строю было лишь одно действующее спасательное судно - «Михаил Рудницкий».

Спасательное судно «Михаил Рудницкий» было включено в силы поисково-спасательного обеспечения с целью оказать помощь подводной лодке, лежащей на грунте только на бумаге.

Командир «Михаила Рудницкого» капитан 2 ранга Юрий Костин на допросе 28 августа 2000 года признал, что в конце июля слышал об августовских учениях, но их точные сроки ему не были известны. В связи с этим никаких задач о заступлении в силы ПСО кораблю и экипажу не ставилось. По словам Костина, была лишь директива командования о том, что готовность к выходу в море составляет четыре часа.

Не были назначены дежурные спасательные группы по разным видам аварий, их численный состав и руководители.

Не решен способ обозначения мест затонувших кораблей: буями, вехами, гидроакустическими маяками.

Не закреплены береговой автотранспорт для обеспечения поисково-спасательных работ и дежурные барокамеры.

Не были включены в спасательный отряд Северного флота плавучий кран и госпитальное судно «Свирь».

В. Устинов в книге «Правда о Курске» приводит показания командующего флотом Вячеслава Попова: «В соответствии с нормативными требованиями к данным учениям был подготовлен отдельный план поисково-спасательного обеспечения (ПСО). Его разработкой занимался начальник УПАСР СФ по согласованию с начальником управления боевой подготовки штаба СФ. Утверждался план начальником штаба. Участие сил УПАСР СФ в данных учениях было организовано в соответствии с нормативными документами и было полностью обеспечено силами и средствами. Все необходимые силы находились на дежурстве в базе. Был сформирован спасательный отряд, находившийся в состоянии повышенной готовности. Научениях были задействованы спасательные суда «Михаил Рудницкий», «Алтай», буксир «МБ-100» и другие».

Александр Тесленко, который возглавлял спасательную службу Северного флота, лично разработал план поисково-спасательного обеспечения. В этом плане эксперты нашли целый ряд грубых просчетов. Например, кораблем оказания первой помощи был определен ракетный крейсер «Маршал Устинов», который при аварии «Курска» никаких реальных действий по поиску и спасению экипажа не выполнял. План был написан исключительно для того, чтобы формально соблюсти условия проведения учений. Ни спасения людей, ни проведения спасательной операции он не обеспечивал.

На Тесленко впоследствии повесили «всех собак» за слабую организацию поисково-спасательной операции. Однако справедливости ради нужно сказать, что он ещё в ноябре 1999 года направлял телеграмму в Главный штаб ВМФ. Он сообщил, что лишь одно из двух спасательных судов - «Михаил Рудницкий» - способно спасать экипаж затонувшей подводной лодки, и просил профинансировать его ремонт и новое оборудование.

АС-32 и АС-34 не имели современных средств навигации и системы автоматического позиционирования с затонувшей подводной лодкой. Потому только на дополнительный поиск уже обнаруженного АПРК К-141 «Курск» аппараты тратили два часа драгоценного времени. Аккумуляторные батареи были с просроченными сроками годности, заменить их было нечем, поэтому они быстро «садились», их нужно было подзаряжать, а это сокращало сроки нахождения аппаратов в работе.

Также на спасательном судне «Михаил Рудницкий» отсутствовал простой и надежный водолазный колокол. В любом случае для использования колокола при спасении моряков из затонувшей подводной лодки необходимы водолазы-глубоководники, которые обеспечивают стыковку с аварийным люком субмарины. На Северном флоте таковых водолазов не оказалось. В конце концов норвежские, а не отечественные водолазы 21 августа 2000 года открыли люк в девятый отсек и убедились, что в живых никого нет.

Вывод следствия

Должностные лица Северного флота и подчиненные им силы оказались неготовыми к оказанию помощи экипажу АПРК К-141 «Курск», не справились с задачами, которые возлагаются на силы поисково-спасательного отряда Северного флота в конкретной аварийной ситуации.

!!Рекомендуем: Семейная Энциклопедия ЗдоровьяОбучениеКонсультация аналитика

Вы также можете оставить свои комментарии в разделе «Обсуждение» внизу страницы.

Рекомендуем оформить подписку на новости данного раздела. Для этого нажмите на кнопку «Подписаться», расположенную внизу каждой страницы.

Вернуться на Оглавление

1)
Узел - скорость движения корабля или судна, принятая на флоте, миля в час. Морская миля составляет 1852 метра.

Обсуждение

Ваш комментарий:
K P M V Z
 
ship/katastr/k-141-kursk/o_xode_podgotovke_k_uchenijam.txt · Последние изменения: 2011/09/20 01:17 (внешнее изменение)

Вы можете оставить свои комментарии в разделе "Обсуждение".
Рекомендуем оформить подписку на новости данного раздела. Для этого нажмите на кнопку "Подписаться", расположенную справа снизу каждой страницы (знак конверта).




Индекс цитирования